Фридрих Ницше. Человеческое, слишком человеческое -
35 >
можно ослабить и истребить. Вспомним, например, христианскую душевную нужду,
вздохи о внутренней испорченности, заботу о спасении - все это суть
представления, проистекающие только из заблуждений разума и заслуживающие не
удовлетворения, а уничтожения. Философия может быть полезна либо тем, что
она также удовлетворяет эти потребности, либо тем, что она их устраняет; ибо
это суть привитые, ограниченные во времени потребности, которые покоятся на
предпосылках, противоречащих предпосылкам науки. Здесь в качестве перехода
следует скорее воспользоваться искусством, чтобы облегчить перегруженную
чувствами душу, ибо искусство гораздо менее поддерживает эти представления,
чем метафизическая философия. От искусства можно затем легче перейти к
действительно освобождающей философской науке.
28
Обесславленные слова. Долой изношенные до скуки слова "оптимизм" и
"пессимизм"! Со дня на день уменьшается повод употреблять их; лишь болтуны
нынче все еще не могут обойтись без них. Ибо к чему непременно быть
оптимистом, если уже не приходится защищать Бога, который должен был создать
лучший из миров, будь он сам благом и совершенством, - и какой мыслитель
нуждается теперь в гипотезе Бога? - Но точно так же отсутствует и всякий
повод к пессимистическому вероучению, если не нуждаешься в том, чтобы
досаждать адвокатам Бога, богословам или богословствующим философам, и
подчеркнуто защищать противоположное утверждение: что зло властвует, что
страдание превышает удовольствие, что мир есть неудачное создание,
проявление злой воли к жизни. Но кто еще заботится теперь о богословах -
кроме самих богословов? - Если отвлечься от всякого богословия и борьбы с
ним, то ясно, что мир не хорош и не дурен - и еще менее есть "лучший" или