Фридрих Ницше. Человеческое, слишком человеческое -
38 >
способе, каким ему подводится итог, и, в-третьих, в том, что каждая
отдельная часть материала есть в свою очередь результат нечистого
познавания, и притом совершенно неизбежно. Ни один опыт, например, о
человеке, как бы близок нам ни был последний, не может быть настолько
полным, чтобы мы имели логическое право подвести ему общий итог; все оценки
прежде временны и неизбежно должны быть таковыми. Наконец, мера, которою мы
мерим, - наше существо - есть не неизменная величина, у нас есть настроения
и колебания, и все же мы должны были бы знать себя как прочное мерило, чтобы
справедливо оценить отношение какой-либо вещи к нам. Быть может, из этого
должно вытекать, что вообще не следует судить; если бы только можно было
жить, не производя оценок, не имея симпатий и антипатий! - ибо всякая
симпатия и антипатия связаны с оценкой. Инстинкта, влекущего к чему-либо или
отвлекающего от чего-либо, без сознания того, что хочешь полезного и
избегаешь вредного, - инстинкта без некоторого рода познающего определения
ценности цели не существует у человека. Мы - изначально нелогичные и потому
несправедливые существа и можем познать это; и это есть одна из величайших и
самых неразрешимых дисгармоний бытия.
33
Заблуждение о жизни необходимо для жизни. Всякая вера в ценность и
достоинство жизни основана на нечистом мышлении; она возможна только потому,
что сочувствие к общей жизни и страданиям человечества весьма слабо развито
в личности. Даже те редкие люди, мысль которых вообще выходит за пределы их
собственной личности, усматривают не эту всеобщую жизнь, а только
ограниченные части последней. Если уметь обращать взор преимущественно на
исключения - я хочу сказать, на высокие дарования и богатые души, - если их
