Фридрих Ницше. Человеческое, слишком человеческое -
91 >
на идейное строение своих систем. Так как философы очень часто
философствовали, подчиняясь религиозной традиции или по крайней мере
унаследованной с давних времен власти "метафизической потребности", то они
приходили к теориям, которые были действительно весьма похожи на воззрения
иудейской, или христианской, или индусской религии - именно, похожи так, как
походят дети на мать; только в данном случае отцы, как то иногда бывает, не
сознавали ясно этого материнства, а в своем невинном изумлении сочиняли
басни о семейном сходстве всякой религии с наукой. В действительности же
между религией и истинной наукой не существует ни родства, ни дружбы, ни
даже вражды: они живут на различных планетах. Каждая философия, которая
показывает сияние религиозного хвоста кометы в темноте своих последних
горизонтов, заставляет относиться подозрительно ко всему, что она излагает в
качестве науки: вероятно, все это тоже есть религия, хотя и принаряженная
наукой. - Впрочем, если бы все народы сходились во мнении об известных
религиозных вопросах, например о существовании Бога (что, кстати сказать, в
отношении этого пункта не имеет места), то ведь это было бы только
аргументом против содержания такого рода утверждений, например существования
Бога: consensus gentium и вообще hominum, естественно, может касаться только
глупости. Напротив, consensus omnium sapientium не существует ни о каком
предмете, за одним исключением того, о котором говорят стихи Гёте:
Alle die Weisesten aller der Zeiten
Lacheln und winken und stimmen mit ein:
Toricht, auf Bessrung der Toren zu harren!
Kinder der Klugheit, o habet die Narren
Eben zum Narren auch, wie sichs gehort!
Говоря прозой, и в применении к нашему случаю, это значит: consensus