Творческая библиотека

99 >

от тех, чья ежедневная жизнь протекает не пусто и не монотонно.
     116
     Повседневный  христианин.  Если  бы христианство  было  право  в  своих
утверждениях о карающем  Боге, всеобщей греховности, благодати по избранию и
опасности   вечного   проклятия,   то   было   бы   признаком  слабоумия   и
бесхарактерности  не стать  священником,  апостолом  или  отшельником  и  не
трудиться  со  страхом  и  трепетом  только  над своим  спасением;  было  бы
бессмысленно упускать  из  виду вечное  благо из-за  временных удобств. Если
предположить, что в это вообще верят, то повседневный христианин есть жалкая
фигура, человек, который  действительно  не умеет считать до трех и который,
впрочем, именно вследствие своей  духовной невменяемости не заслуживает того
сурового наказания, которым ему грозит христианство.
     117
     О рассудительности христианства.  Это может быть сочтено ловким приемом
христианства,  когда  оно  столь   громко  проповедует  полную  нравственную
негодность,  греховность  и  презренность  человека  вообще,  что  при  этом
становится уже невозможным презирать своих ближних. "Пусть он грешит сколько
угодно, он  все же не отличается  существенно  от  меня; я  сам  недостоин и
презренен  в  высшей мере"  - так говорит себе христианин. Но и это  чувство
потеряло  свое острейшее жало,  ибо  христианин уже не  верит в  свою личную
презренность:  он дурен,  как  человек  вообще, и  успокаивается  немного на
мысли: все мы - одной породы.
     118
     Перемена   лиц.  Как   только   религия  приобретает   господство,   ее
противниками становятся все те, кто были ее первыми последователями.
     119
     Судьба христианства.  Христианство возникло, чтобы облегчить сердца; но
теперь  оно должно  сначала отягчить  сердца, чтобы  иметь возможность потом
облегчить их. Этим предопределена его судьба.

Следующая

99 >