К.А.Свасьян. Хроника жизни Фридриха Ницше -
31 >
использую ряд отрывков из моих старых сочинений и даю таким образом весьма
серьезный эквивалент к "Казусу Вагнер"" (Гасту, 16 декабря).
29 декабря письмо от Стриндберга с благодарностью за "grandiosissime"
"Генеалогию морали". Первые явные признаки душевного расстройства: в
наброске письма к П. Гасту от 30 декабря Ницше фигурирует как "princeps
Tourinorum" (монарх Турина), располагающий французским троном (для "Виктора
Буонапарте"), с послом Жаном Бурдо (редактор "Journal des Debats") при
собственном дворе, с решением вопроса Эльзас-Лотарингии и т. д. Здесь же
обращение к европейским государствам: "Я написал в порыве
героическо-аристофановского высокомерия прокламацию к европейским дворам с
предложением уничтожить дом Гогенцоллернов, это гнездо багровых идиотов и
преступников".
1 января. Посвящение "Дионисовых дифирамбов" французскому поэту Катюлю
Мендесу: "Желая оказать человечеству безграничное благодеяние, я даю ему мои
Дифирамбы. Я передаю их в руки поэту Изолины, величайшему и первому сатиру
из ныне - и не только ныне - живущих... Подпись: Дионис".
2 января. Отказ от публикации "Ницше contra Вагнер": "События полностью
опередили это маленькое сочинение". По рассказам туринских знакомых Ницше, в
последние дни он, как и всегда, совершал свои одинокие прогулки, часто бывал
в библиотеке, где читал новые книги, купить которые ему не хватало средств,
покупал фрукты. Его домовладелец, Давид Фино, сообщал о многочасовых
фортепианных импровизациях своего постояльца по вечерам.
3 января. Апоплексический удар на улице и окончательное помрачение.
Рассылка безумных почтовых открыток до 7 января. 5 января большое письмо к
Я. Буркхардту, настолько встревожившее последнего, что он вынужден