Фридрих Ницше. Несвоевременные размышления: "Рихард Вагнер в Байрейте" -
24 >
представляют сокращение бесконечно запутанного счета человеческой
деятельности и воли. Но именно в том-то и заключается величие и
необходимость искусства, что оно дает иллюзию упрощенного мира, сокращенного
решения загадки жизни. Никто из страдающих от жизни не может обойтись без
этой иллюзии, как никто не может обойтись без сна. Чем труднее познать
законы жизни, тем пламеннее стремимся мы к иллюзии такого упрощения, хотя бы
на миг, тем сильнее чувствуется напряженная рознь между всеобщим познанием
вещей и духовно-нравственной силой отдельной личности. Для того, чтобы лук
не надломился, нам дано искусство.
Отдельная личность должна быть посвящена в нечто сверхличное - этого
требует трагедия. Она должна преодолеть ужас тоски, навеваемой индивиду
смертью и временем, ибо в одно кратчайшее мгновение, в пределах одного атома
ее жизненного пути может совершиться нечто святое, что с избытком
вознаградит ее за всю борьбу и все бедствия, - это и называется обладать
трагическим умонастроением. И если всему человечеству суждено когда-нибудь
погибнуть - а кто может в этом сомневаться, - то перед ним стоит как цель
эта высшая задача всех грядущих времен - так срастись в едином и общем,
чтобы как одно целое пойти навстречу предстоящей гибели с трагическим
умонастроением. Эта высшая задача несет в себе залог всего грядущего
благородства человечества; окончательный отказ от нее явился бы самым
печальным зрелищем, какое только может представить себе друг человечества.
Так я это ощущаю! Есть только одна надежда и одна порука за будущность
человечества: она лежит в том, чтобы трагическое умонастроение не омертвело
в нем. По земле должен бы пронестись небывалый вопль ужаса, если бы люди