Фридрих Ницше. Несвоевременные размышления: "Рихард Вагнер в Байрейте" -
29 >
все же не встретим этого необходимого воплощения; и только в своем
стремлении к угодливой внешности эти народы не так счастливы, хотя по
меньшей мере столь же усердны. Насколько угодлива всюду внешность, и почему
каждому должны нравиться усилия современного человека усвоить себе хоть
некоторую внешнюю форму, это чувствует каждый в той мере, в какой он сам
есть современный человек. "Только рабы на галерах, - говорит Тассо, - знают
друг друга, мы же учтиво обманываемся в других, чтобы они в свою очередь
обманывались в нас".
И вот в этом мире форм и преднамеренной отчужденности появляются души,
исполненные музыки. - Ради чего? Они движутся в великом свободном ритме,
проникнуты благородной честностью и сверхличной страстью, они пылают
мощно-спокойным пламенем музыки, которое из неисчерпаемой глубины
пробивается в них к свету - и все это ради чего?
Через посредство этих душ музыка призывает свою равноправную сестру -
гимнастику, как свое необходимое воплощение в царстве видимого. В поисках и
томлении по ней она становится судьей над изолгавшимся призрачным видимым
миром современности. Вот второй ответ Вагнера на вопрос о том, какое
значение имеет музыка в наше время. Помогите мне - взывает он ко всем,
умеющим слышать, - помогите мне открыть ту культуру, которую возвещает моя
музыка, как вновь обретенный язык истинного чувства; призадумайтесь над тем,
что душа музыки стремится теперь облечься в плоть, что она через вас всех
ищет свой путь к видимости в движении, действии, учреждениях и нравах. Есть
люди, которым ясен этот призыв, и их число все возрастает. Этим людям
впервые вновь стало понятным, что значит основать государство на музыке:
древние греки не только понимали это, но и требовали от себя. Эти понимающие