Фридрих Ницше. Странник и его тень -
92 >
беречь, должен снова приобретать; наследственная склонность гнетет тебя, как
мучительное иго. Так не обманывай же нас, а лучше честно и открыто стыдись
ярма, которое ты носишь. Ведь в глубине души ты так устал нести его и так
негодуешь на него. Не стыдись же: в твоем стыде нет ничего для тебя
постыдного.
210
Верх надменности. - Существуют до того надменные люди, что для любого
величия, пользующегося явным удивлением, они не находят иной похвалы, как
считать его мостком или переходной ступенью, приближающей это величие к ним.
211
На почве поношения. - Кто хочет разубедить, обыкновенно не
довольствуется победой в споре. Для него мало опровергнуть и выказать ту
нелогичность мнений, которая таилась, словно червь, в противнике; нет,
убивши червя, он бросает еще в грязь весь плод, чтоб сделать его
неприглядным в глазах людей и внушить к нему отвращение. Так действует он,
чтобы помешать обычному "восстанию на третий день" опровергнутой идеи. Но он
ошибается, потому что именно в грязи, на почве, удобренной оскорблениями,
зерно идеи быстро пускает новые ростки. Итак, не чернить и осмеивать нужно
то, что хотят окончательно уничтожить, а скорее заботливо и настойчиво
погружать в лед, помня, что мнения обладают цепкой живучестью. Причем не
надо забывать правила, гласящего, что "возражение не есть еще опровержение".
212
Удел нравственности. - Когда уменьшается духовное рабство, то падает и
нравственность (инстинктивная, унаследованная склонность действования по
нравственному чувству). Но единичные добродетели - умеренность,
справедливость, душевное спокойствие - не разделяют этой участи, так как
высшая свобода сознающего себя духа приводит непроизвольно к ним же и