Фридрих Ницше. По ту сторону добра и зла -
45 >
искажена. Но не подлежит никакому сомнению, что для открытия известных
частей истины злые и несчастные находятся в более благоприятных условиях и
имеют большую вероятность на успех; не говоря уже о злых, которые счастливы,
- вид людей, замалчиваемый моралистами. Быть может, твердость и хитрость
служат более благоприятными условиями для возникновения сильного,
независимого ума и философа, чем то кроткое, тонкое, уступчивое,
верхоглядное благонравие, которое ценят в ученом, и ценят по справедливости.
Предполагаю, конечно, прежде всего, что понятие "философ" не будет
ограничено одним приложением его к философу, пишущему книги или даже
излагающему в книгах свою философию! - Последнюю черту к портрету
свободомыслящего философа добавляет Стендаль, и я не могу не подчеркнуть ее
ради немецкого вкуса - ибо она противна немецкому вкусу. "Pour etre bon
philosophe, - говорит этот последний великий психолог, - il faut etre sec,
clair, sans illusion. Un banquier, qui a fait fortune, a une partie du
caractere requis pour faire des decouvertes en philosophie, c'est-a-dire
pour voir clair dans ce qui est".
40
Всё глубокое любит маску; самые глубокие вещи питают даже ненависть к
образу и подобию. Не должна ли только противоположность быть истинной
маской, в которую облекается стыдливость некоего божества? Достойный
внимания вопрос, - и было бы удивительно, если бы какой-нибудь мистик уже не
отважился втайне на что-либо подобное. Бывают события такого нежного
свойства, что их полезно засыпать грубостью и делать неузнаваемыми; бывают
деяния любви и непомерного великодушия, после которых ничего не может быть
лучше, как взять палку и отколотить очевидца: это омрачит его намять. Иные