Фридрих Ницше. По ту сторону добра и зла -
57 >
собственных антиподов!
49
В религиозности древних греков возбуждает наше удивление чрезмерный
избыток изливаемой ею благодарности - в высшей степени благородна та порода
людей, которая так относится к природе и жизни! - Позже, когда в Греции
перевес перешел на сторону черни, страх стал превозмогающим элементом также
и в религии; подготавливалось христианство. -
50
Страсть к Богу бывает разных родов: бывает мужицкая, чистосердечная и
назойливая, как у Лютера, - весь протестантизм обходится без южной
delicatezza. Бывает в ней восточное неистовство, как у раба, незаслуженно
осыпанного милостями или возвеличенного, например у Августина, который самым
обидным образом лишен всякого благородства в манерах и страстях. Бывает в
ней женственная нежность и страстность, стремящаяся стыдливо и невинно к
unio mystica et physica, как у m-me де Гюйон. Во многих случаях она является
довольно причудливо, как маскировка половой зрелости девушки или юноши,
временами даже как истерия старой девы, а также ее последнее тщеславие.
Церковь не раз уже в подобных случаях признавала женщину святой.
51
До сих пор самые могущественные люди все еще благоговейно преклонялись
перед святым, как перед загадкой самообуздания и намеренного крайнего
лишения: почему преклонялись они? Они чуяли в нем, как бы за вопросительным
знаком его хилого и жалкого вида, превосходящую силу, которая хотела
испробовать себя на таком обуздании, силу воли, в которой они вновь
опознавали собственную силу и желание владычества и умели почтить ее: они
почитали нечто в себе, почитая святого. Кроме того, вид святого внушал им
подозрение: к такой чудовищности отрицания, противоестественности нельзя
стремиться беспричинно, так говорили и так вопрошали они себя. На это есть,