Фридрих Ницше. По ту сторону добра и зла -
88 >
Декарт был поверхностен.
192
Кто проследил историю развития какой-нибудь отдельной науки, тот
находит в ее развитии нить к уразумению древнейших и самых общих процессов
всякого "знания и познавания": и там и здесь развились прежде всего
скороспелые гипотезы, вымыслы, глупая добрая воля к "вере", недостаток
недоверия и терпения; наши чувства поздно научаются, и никогда не научаются
вполне, быть тонкими, верными, осторожными органами познания. Нашему глазу
легче воспроизводить по данному поводу уже много раз воспроизведенную
картину, нежели удерживать в себе необычные и новые элементы какого-нибудь
впечатления: последнее требует большей силы, большей "моральности". Слушать
нечто новое уху томительно и тяжело; чуждую музыку мы слушаем плохо. Слыша
чуждую речь, мы невольно делаем попытки соединять слышанные звуки в такие
слова, которые звучат для нас интимнее и роднее: так переделал, например,
некогда германец слышанное им слово arcubalista в слово Armbrust
[самострел]. Ко всему новому чувства наши относятся враждебно и с
неприязнью; и вообще даже в "простейших" случаях чувственного восприятия
господствуют такие аффекты, как страх, любовь, ненависть, а также и
пассивные аффекты лени. - Подобно тому как нынче читатель не прочитывает
всех отдельных слов (или же слогов), помещенных на странице, а скорее
выбирает случайно из двадцати слов приблизительно пять и "отгадывает"
относящийся к этим пяти словам вероятный смысл, - совершенно так же и мы,
рассматривая, скажем, дерево, не отдаем себе точного и подробного отчета,
каковы его листья, ветви, цвет и вид; нам гораздо легче создавать при помощи
фантазии некое подобие дерева. Даже переживая что-нибудь необычайное, мы