Фридрих Ницше. Несвоевременные размышления: "Шопенгауэр как воспитатель" -
11 >
боязнь естественного и, с другой стороны, возродившаяся привлекательность
этой естественности, жажда найти где-нибудь опору, бессилие сознания,
которое постоянно колеблется между хорошим и лучшим, - все это создает
беспокойство и смутность в современной душе, осуждающее ее на бесплодное и
безрадостное бытие. Никогда нравственные воспитатели не были так нужны, как
теперь, и никогда не было так маловероятно найти их; в эпохи, когда врачи
нужнее всего, - при больших эпидемиях - они сами всегда подвергаются
наибольшей опасности. Ибо где же врачи современного человечества, которые
сами стояли бы так прочно и здорово на своих ногах, чтобы быть в состоянии
еще поддерживать и вести других? На лучших личностях нашего времени лежит
какая-то темнота и придавленность, вечное недовольство борьбой между
лицемерием и честностью, которая разыгрывается в их груди, беспокойное
недоверие к самим себе, - и все это делает их совершенно неспособными быть
вожаками и воспитателями других.
Итак, я предавался действительно фантастическим надеждам, когда мечтал
найти, в качестве воспитателя, истинного философа, который освободил бы меня
от несовершенства моего времени и снова научил быть простым и честным в
мышлении и жизни, т. е. быть несвоевременным в глубочайшем смысле этого
слова; ибо люди стали теперь столь многосторонними и сложными, что они
должны становиться нечестными, если хотят вообще говорить, утверждать
что-либо и поступать согласно своим утверждениям.
Одержимый такими нуждами, потребностями и желаниями, я познакомился с
Шопенгауэром.
Я принадлежу к тем читателям Шопенгауэра, которые, прочитав одну его
страницу, вполне уверены, что они прочитают все, написанное им, и будут
слушать каждое сказанное им слово. У меня сразу явилось доверие к нему, и