Творческая библиотека

81 >

судью бытия. Невозможно  определить, как  рано Шопенгауэр  узрел эту картину
жизни, и притом именно в той форме, в какой  он позднее  пытался передать ее
во всех своих произведениях; можно доказать, что  уже юноша - и  хотелось бы
верить,  что уже ребенок  - имел это  страшное  видение. Все, что он позднее
усваивал из жизни и  книг, из  всех  областей  науки, служило ему почти лишь
краской и  средством  изображения; даже  философией Канта  он воспользовался
прежде  всего как исключительным  риторическим орудием, с  помощью которого,
как ему казалось,  он мог еще отчетливее высказаться  об этой картине; и той
же цели у него по временам служила буддистская и христианская мифология. Для
него  существовала только одна задача и сотни тысяч средств, чтобы разрешить
ее; один смысл и бесчисленные иероглифы, чтобы его выразить.
     К  прекрасным  условиям  его  существования  принадлежало  то,  что  он
действительно  мог  жить  для  такой  задачи,  согласно  его  девизу:  vitam
impendere  vero,  и  что  его  не  пригибала  никакая подлость, связанная  с
жизненной нуждой; известно, как горячо  он благодарил своего отца именно  за
это;   тогда  как  в  Германии   теоретический  человек  по  большей   части
осуществляет свое научное назначение за  счет  чистоты своего характера, как
"бесцеремонный  пройдоха", ищущий мест  и  почестей,  осторожный,  гибкий  и
льстивый в отношении влиятельных лиц и начальников. К сожалению,  Шопенгауэр
ничем не обидел многочисленных ученых более, чем своим несходством с ними.



8
     Этим  указаны  некоторые условия, при которых философский гений  в наше
время может по крайней мере возникнуть, несмотря на вредные противодействия:
свободная мужественность характера, раннее знание людей, отсутствие  ученого
воспитания,  патриотической  узости,  нужды  зарабатывать  хлеб  и  связи  с

Следующая

81 >