Ф.Грандель. Бомарше -
10 >
Бомарше, данные им чиновнику нюрнбергской почтовой службы фон Фецеру. В них
Бомарше первый и единственный раз отождествляет разбойников с издателями
искомого памфлета, причем человек, неизменно выступавший до сих пор как одно
лицо с двумя фамилиями (Анжелуччи и Аткинсон), внезапно превращается в двух
разных людей, приметы которых Бомарше перечисляет с немыслимой детальностью.
Странности в показаниях Бомарше Грандель объясняет языковым барьером, а
показания Драца отвергает из-за явной личной заинтересованности свидетеля.
Следует, однако, заметить: хотя Грандель и обещает не умалчивать о
компрометирующих Бомарше обстоятельствах, он фактически обходит молчанием
рассказ Драца, тем самым несколько затемняя картину в глазах читателя. Ведь
почтарь не просто сказал: "Может, он и порезался-то собственной бритвой",
как это выглядит в пересказе Гранделя. Драц утверждал, что в лесу Бомарше
вылез из коляски, захватив с собой бритву. Драц решил, что путешественник
захотел побриться на дороге; но почтарь был готов к любым причудам,
поскольку считал Бомарше англичанином. Бомарше якобы скрылся в лесу, а через
полчаса появился окровавленный и заявил, что стал жертвой разбойников, ни
одного из которых Драц не видел и не слышал. Сам же Бомарше в своих
рассказах никогда не упоминал ни о какой бритве и утверждал, что один из
разбойников перебежал дорогу рядом с коляской. Несовпадение версий Бомарше и
Драца; полная беззвучность происшествия (ни криков, ни выстрелов); странные
показания Бомарше в Нюрнберге; наконец, неправдоподобный рассказ Гюдена в
мемуарах (подкрепляемый, кажется, словами Бомарше в рапорте Сартину) о двух
столкновениях Бомарше в Нейштадтском лесу, сперва с Анжелуччи, а потом с
разбойниками, - все эти несообразности заставляют и сегодня подавляющее