Ф.Грандель. Бомарше -
389 >
обстоятельствах, которые его преобразили, Бомарше удивляет искренностью и
совершенно исключительным благородством тона. У нас есть доказательства, что
эти его чувства не предназначены для парада, что он не позирует для Истории.
Доверительные письма, которые он посылает Франси в Америку, служебные
записки главы торгового дома одному из своих надежных сотрудников
показывают, насколько Бомарше был одержим этой страстью. Не Верженну, а
своему юному другу, неизвестному Франси, он писал:
"Невзирая на все неприятности, новости, приходящие из Америки,
наполняют меня радостью. Славный, славный народ! Его военная доблесть
оправдывает то уважение, которое я к нему испытываю, и тот энтузиазм,
который он вызывает во Франции. Короче, мой друг, я хочу получить обратными
рейсами обещанные грузы только для того, чтобы и впредь служить ему верой и
правдой, выполнять взятые на себя обязательства и иметь таким образом
возможность снова оказать ему всю необходимую помощь".
В этих строчках, написанных наспех за четыре дня до Рождества 1777
года, Ломени увидел свидетельство самонадеянности и наивности. Что и
говорить, это "уважение, которое я к нему испытываю", несколько
настораживает, но человек, действующий в одиночку и осознающий, что играет
историческую, решающую роль, не начинает ли самым естественным образом
ощущать себя в каком-то ином качестве? Именно честолюбие для многих великих
предводителей оказывается чем-то вроде вифлеемской звезды, которая ведет их
по нужному пути. Когда же кончается приключение, завершается битва или время
их власти, эти выдающиеся личности снова становятся самими собой. И тогда с
удивлением обнаруживаешь и их скромность, и их незаметность. Конечно,
перемены случаются весьма разительные, и они не могут не смущать обычные