Ф.Грандель. Бомарше -
77 >
пространного письма Бомарше, адресованного отцу, мы можем видеть, что он,
как всегда, смотрит на вещи трезво:
"...я только что подписал пресловутое соглашение, удостоверяющее мои
права вести от собственного имени переговоры с г-ном маркизом д'Эскилаче,
военным министром и министром финансов. Весь Мадрид только и говорит о моем
деле, меня поздравляют с успехом; но я-то понимаю, что это еще далеко не
конец, и молчу, пока не получу новых указаний.
Доброй ночи, дорогой отец; верьте мне и ничему не удивляйтесь - ни
моему успеху, ни обратному, буде таковое случится. Тут есть десяток причин
для благополучного исхода и сотня - для дурного; если говорить о моем
возрасте, я в годах, когда мощь тела и ума возносят человека на вершину его
возможностей. Мне скоро тридцать три. В двадцать четыре я сидел меж четырех
окон. Я твердо намерен за двадцать лет, отделяющих ту пору от моего
сорокапятилетия, добиться результата, который дается лишь упорными усилиями
- сладкого чувства покоя, на мой взгляд, истинно приятного только в том
случае, если оно награда за труды молодости <...>
Доброй ночи, дорогой отец; уже половина двенадцатого, сейчас приму сок
папоротника, поскольку вот уже три дня у меня нестерпимый насморк; завернусь
в своей испанский плащ, нахлобучу на голову добрую широкополую шляпу - здесь
это именуется быть в "capa y sombrero", a когда мужчина, набросив плащ на
плечи, прикрывает им часть лица, говорят, что он "embozado" {Прикрывший
часть лица (исп.).}, и вот, приняв все эти меры предосторожности, в наглухо
закрытой карете, я отправлюсь по делам. Желаю Вам доброго здоровья.
Перечитывая это письмо, я был вынужден двадцать раз править, чтобы сообщить
ему хотя бы некоторую стройность, но посылаю его Вам неперебеленным - это