Альфред Бестер. Обманщики -
31 >
происхождению, но распространившимся со скоростью эпидемии: "Я от тебя
торчу, сечешь? Только спать хочется - крыша едет, без понта. Надо давануть
минут шестьсот".
Очаровательная, легкомысленная, неизменно веселая, она - увы! - не
страдала избытком интеллекта, так что брак распался. Уинтер любил женщин,
но только как равных. Одна из его пассий - из той же самой, естественно,
тощей грудастой породы - съехидничала как-то, что он и сам, пожалуй, не
устроил бы себя в качестве равного.
Титанианская фея с этой задачей справилась.
Один день синэргии, а расхлебывай потом всю жизнь.
Уинтер только что вернулся с Венуччи, где собирал материал по
местному феминистическому движению. Вернулся в шоке, тем более сильном,
что кровавая стычка в куполе Болонья казалась совершенно лишенной смысла.
Произошла эта стычка вечером предыдущего дня, предыдущего - это значит
предшествовавшего Дню, Который Изменил Его Жизнь.
Квартира Роуга занимала целый этаж ротонды Beaux Arts [изящные
искусства (фр.)], комплекса, выстроенного в старом эдвардианском стиле, с
панорамными окнами, каминами, а главное - толстыми стенами, защищавшими
творцов друг от друга. В надежной звукоизоляции тонули и жалобные вопли
колоратурных сопрано, пытающихся совладать со своими колоратурами, и
электронное громыхание "Галактического гавота в соль миноре", и
безостановочное бормотание какого-то типа, диктовавшего оксфордский
словарь английского языка для перевода его на новояз.
Берлога была старомодной и в точности соответствовала вкусам Уинтера
- просторная гостиная с георгианской мебелью, маленькая кухня, умывальная
комната с огромной шестифутовой ванной, две спальни - одна большая, другая
- совсем маленькая. Маленькая спальня аскетичностью своей походила на