Альфред Бестер. Обманщики -
32 >
монашескую келью, а большая - на бардак, такой беспорядок царил в этой
комнате, превращенной в студию. Стены ее были увешаны полками с книгами,
пленками, кассетами, компьютерными программами: здесь же стоял стол,
размерами подходивший для какого-нибудь конференц-зала, но исполнявший
роль письменного, а также компьютер, тот самый, с которым Уинтер имел
телепатическую связь - прекращая работу с ним, нужно было обязательно
проверить, заблокирован ли вход, иначе машина писала без разбора все, о
чем думал ее хозяин. Ну и, конечно, кипы бумаги, груды чистых кассет, на
полу - вороха старых статей, и, словно змеи, заждавшиеся Лаокоона и его
сыночков, извиваются какие-то драные пленки.
Ошарашенный и мрачный, Уинтер не стал распаковывать дорожную сумку и
даже не переоделся - хотя лайнеры Алиталии не слишком-то знамениты своей
чистотой. Вместо этого он вооружился бутылкой виски, уселся в гостиной на
диван, закинул ноги на кофейный столик и принялся доводить себя до
невменяемости - чтобы хоть немного очухаться. Вчера вечером он убил
человека - впервые в жизни.
Чаще всего поворотные моменты судьбы - это действительно моменты,
события буквально секундные. Схватка, перевернувшая всю жизнь Уинтера,
произошла в полумраке Центральных Садов купола Болонья и продолжалась три
секунды. Он пришел сюда на свидание, но вместо опаздывавшей девушки из
кустов выскочил здоровенный гориллоид со здоровенным же ножом - и вполне
очевидными намерениями.
Многолетние тренировки с детства отточили реакцию Уинтера. Он не
противопоставил силе силу - как, видимо, от него ожидалось - а
расслабился, упал навзничь, перекатился под ногами замешкавшегося от
неожиданности противника и прыгнул ему на спину. Два удара коленом в пах,