Альфред Бестер. Тигр! Тигр! -
14 >
стекла и света.
Сверкало далекое солнце. Воздух был горяч и влажен. Фойл обвел
помещение затуманенным взглядом. Прямо перед ним скалилась дьявольская рожа.
Щеки, подбородок, нос и веки были чудовищно размалеваны наподобие дикарской
маски. На лбу виднелась татуировка: ДЖОЗЕФ. "О" в "Джозефе" перечеркивала
крошечная стрела, превращая его в символ Марса, который используют ученые
для обозначения мужского пола.
-- Мы -- Ученый Люд, -- сказал Джозеф. -- Я -- Джозеф. Это мои братья.
Фойл вглядывался в обступившую носилки толпу: на всех лицах
вытатуированы дьявольские маски, у всех лбы заклеймены именами.
-- Сколько тебя носило? -- спросил Джозеф.
-- Ворга, -- прохрипел Фойл.
-- Ты первый, кто явился сюда живым за последние пятьдесят лет. Ты
могучий человек. Прибытие сильнейших -- доктрина Святого Дарвина. В высшей
степени научно.
-- Достат кол! -- взревела толпа.
Джозеф схватил Фойла за локоть подобно врачу, меряющему пульс. Его
судорожно искривленный рот торжественно сосчитал до девяноста восьми.
-- Твой пульс. Девяносто восемь и шесть, -- объявил Джозеф, извлекая
термометр и благоговейно выставляя его на показ. -- В высшей степени научно.
-- Достат кол! -- подхватил хор.
Перед Фойлом появились три девушки с чудовищно разукрашенными лицами.
Их лбы пересекали имена: ДЖОАН, МОЙРА, ПОЛЛИ. В основании "О" каждого имени
имелся крошечный крест.
-- Выбирай! -- велел Джозеф. -- Ученый Люд следует Естественному
Отбору. Будь научным в своем выборе. Будь генетичным.
Фойл в очередной раз потерял сознание. Его рука упала с носилок и
коснулась Мойры.
-- Достат кол!
Он пришел в себя в круглом зале и увидел груду ржавого оборудования:
центрифугу, операционный стол, поломанный рентгеновский аппарат, автоклавы,