Альфред Бестер. Тигр! Тигр! -
17 >
Из кормы вырвалась первая порция раскаленных газов. Раздался гулкий
взрыв. Корпус задрожал, нагрелся. Пронзительно заскрипела сталь. Затем
ракета со скрежетом пошла вперед. Камень, стекло, железо разлетелись в
разные стороны. Корабль вырвался в открытый космос.
Его подобрали около Марса. Как обезглавленный червяк, Фойл извивался в
старой космической рухляди, окровавленный, загноившийся, гангренозный. Его
поместили в лазарет патрульного крейсера и закрыли к нему доступ. Даже
резиновые желудки закоренелых космических бродяг не могли вынести подобное
зрелище.
По пути к Земле Фойл обрел сознание и бормотал слова, начинающиеся на
"В". Он знал, что спасен и теперь только время стоит между ним и мщением.
Санитар услышал его ликование и заглянул за перегородку. Он не мог
сдержать любопытства.
-- Ты слышишь меня? -- прошептал тот.
Фойл замычал. Он наклонился ниже.
-- Что случилось? Кто это с тобой сделал?
-- Что? -- прохрипел Фойл.
-- Ты не знаешь?
-- Что? Что такое, ты?
-- Подожди.
Санитар исчез, джантировав в подсобное помещение. И появился через пять
секунд. Фойл зашевелился. Его глаза пылали.
-- Я вспоминаю... Не мог джантировать на "Номаде", нет. Забыл все.
Забыл. Не помню. Я...
Он в ужасе отпрянул, когда санитар протянул ему изображение чудовищно
изуродованного татуировкой лица, а также африканской маски. Щеки,
подбородок, нос, веки были разрисованы тигриными полосами. На лбу надпись
НОМАД. Фойл широко раскрыл глаза и страшно закричал. Это изображение было
зеркалом. Лицо -- его собственным.
-- Браво, мистер Харрис! Отлично. Р -- В -- О, джентльмены. Не
забывайте. Расположение. Высота. Окружение. Это единственный способ
