Альфред Бестер. Человек без лица -
29 >
жажда терзали его. Бывший эспер-2 умирал от жажды, утолить которую ему
мешала мертвая хватка остракизма. Сквозь тонкую кленовую филенку
просачивались одна за другой телепатемы: переливчатый и переменчивый
пестрый узор. И Джерри Черч, который уже десять лет томился на голодной
словесной диете, жаждал всей душой общения со своими, с навсегда
потерянным для него миром эсперов.
"Я вспомнил о де Куртнэ, так как недавно наткнулся на подобный
случай".
Это Огастес Тэйт подъезжает к Экинсу.
"В самом деле? Очень любопытно. Нужно бы сравнить истории болезней.
Кстати, я ведь прибыл на Землю только из-за де Куртнэ, досадно, что он...
м-м... недоступен".
Экинс явно не договаривает, а Тэйт, похоже, хочет до чего-то
докопаться. Может быть, это и не так, подумал Черч, но только слишком уж
напоминает дуэль их изящная манера скрещивать блоки и контрблоки.
"Послушайте, щупач. По-моему, вы довольно по-хамски ведете себя с
этой бедной девочкой".
- Поглядите-на вы на него, - пробурчал Черч. - Достопочтенный Пауэл,
Его Прохиндейство, тот, что выставил меня из Лиги, читает проповеди
адвокату.
"С бедной девочкой? С кретинкой, было бы верней сказать, Господи!
Бывают же такие нескладехи!"
"Вы несправедливы к ней. Ведь у нее всего лишь третья ступень".
"Мне от нее тошно".
"И вы считаете... порядочным жениться на девушке, которая внушает вам
такие чувства?"
"Вы сентиментальный осел, Пауэл. Сами знаете: нам можно жениться
только на щупачках. А эта хоть хорошенькая".
Посреди гостиной играли в шарады. Мэри Нойес тщательно маскировала
образ старинным стихотворением.
Что бы это могло быть? Какая-то планета и сосна. Марс и сосна? Э,
нет. Марс и ель. Ну конечно, Марсель, не так уж трудно.