Альфред Бестер, Роджер Желязны. Психолавка -
16 >
акцентом.
-- Вы хотели бы у нас что-нибудь купить или заложить?
-- Я хотел бы обменять свои астматические хрипы на что-нибудь более
терпимое.
-- Ах, так у вас хрипы? А почему они, собственно, для вас так уж
нестерпимы. Старичок? Слишком громкие? Слишком затяжные? Или болезненные?
Что именно вас волнует?
-- Они разговаривают со мной, причем на языке, которого я понять не в
состоянии! Глаза Адама расширились.
-- Ах так? Это что-то новенькое... И вы уверены, что это действительно
язык?
-- Не уверен. Но они звучат как слова, сложенные в предложения.
-- Чрезвычайно интересно, Старичок! Позвольте-ка, я послушаю... -- И не
ожидая разрешения, Адам нагнулся и прижался ухом к груди студента. -- Так...
дышите глубже, пожалуйста, и выдыхайте помедленнее...
"Старичок" подчинился. Мазер внимательно выслушал его легкие,
выпрямился и улыбнулся.
-- Вы совершенно правы, мой дорогой! Это действительно язык.
Среднеперсидский. Самое начало XI века. -- Адам обернулся ко мне. --
Поистине нет конца всяким фантастическим феноменам, Альф! Хрипы нашего
клиента -- это отрывки из "Шах-наме", эпической фантазии, созданной великим
поэтом Фирдоуси. Именно она послужила источником для сказок Шехерезады и
вообще "1001 ночи".
Я так и уставился на него. Студент тоже.
-- Итак, поскольку я не медик, сделать так, чтобы вы перестали хрипеть,
я не могу, -- довольно резко заявил Адам. -- И менять их на что-либо я тоже
отказываюсь! Ведь это такая ценность, что впоследствии вы непременно оцените
этот дар и еще будете мне благодарны. Но вот что я могу для вас сделать: я
кое-что продам вам -- а именно знание персидского языка! И тогда вы сможете
понимать то, что слышите. Хотя бы для собственного развлечения пока что.