Альфред Бестер, Роджер Желязны. Психолавка -
209 >
смолк... но больше ничего не произошло. Доминоид окончательно восстановился
и сказал голосом Калиостро:
-- Я же говорил: слишком поздно! Я могу вибрировать с любой скоростью и
в любой момент могу нанести тебе ответный удар. Отложи-ка лучше свое оружие,
Адам, если, конечно, не придумал чего-нибудь получше.
Адам облизнул губы, сунул "базуку" в пространственный "карман" и закрыл
его. Я подошел к нему и тихо спросил:
-- А в чем, собственно, дело? Он же вроде бы делает именно то, чего вы
добивались вместе, разве не так?
Адам неуверенно кивнул и покачал головой.
-- Так, да не так! -- сказал он. Пранди принялась растирать ему плечи.
Глория неподвижно стояла рядом со мной.
-- Мне и в голову не приходило, что Калиостро вздумает передать свои
представления и свое "я" этому Доминоиду! -- сказал Адам. -- И, когда тот
был еще... не совсем закончен, Калиостро смог проникнуть в его мозг и
полностью подчинить себе.
Я ощутил легкое головокружение, и меня охватила странная дрожь. А потом
я увидел, что приборная доска вспыхнула яркими разноцветными огнями.
-- Ну что ж, -- сказал я, -- ведь он задает Доминоиду нужный курс, не
правда ли? Разве это так плохо?
-- Вообще-то обычно демиург в следующей Вселенной становится богом, --
сказал Адам, -- и может выражать свою волю самыми различными способами. А
также -- ставить любые условия, как исходные, так и конечные.
-- Ах вот как! -- сказал я, и мне показалось, что нас вместе с Дырой
вывернуло наизнанку и выплюнуло.
В ушах у меня звенел голос Калиостро:
-- Начинаем последнее путешествие!
Я очнулся, чувствуя себя так, словно из меня выкачали весь воздух, да и
вокруг воздуха тоже не осталось. Открыв глаза, я увидел распростертые тела
Адама, Пранди и Глории -- на стене, на полу, на потолке, -- и все эти тела,