Альфред Бестер, Роджер Желязны. Психолавка -
94 >
сила, что была свойственна Адаму-Магнетрону. Ее старые шкуры шевелились и
шуршали на стенах. Во рту у нее вдруг стали очень заметны клыки. Раздвоенный
язык так и метался меж губами, и я невольно отпрянул от нее, пролив
кофе.
Она явно была разгневана донельзя.
-- Откуда ты об этом узнал? Ведь ты клянешься, что ничего о данном деле
не знаешь?
-- Спокойнее, детка! -- вскричал я. -- Спокойнее! Всего лишь
обыкновенная журналистская смекалка. Ты же сама сказала, что создать
"божественных" чертовски трудно, что на это ушли столетия, -- а значит,
просто статистически невозможно, чтобы вы были примерно ровесниками!
-- Ты прав, -- сказала она и буквально на глазах стала уменьшаться. --
Я погорячилась. -- Она погладила меня по щеке. Итак, самое страшное бьыо
позади, и я тоже осмелился ее погладить.
-- С-с-с-с, -- сказал я.
-- С-с-с, -- поправила она. -- Но твое произношение становится все
лучше и лучше.
-- С-с-с, -- послушно повторил я и, извиваясь, подполз к ней. Ну, и она
тут же, конечно, растаяла!
В очередной раз проснувшись -- я то и дело буквально проваливался в
сон, -- я вдруг обнаружил, что стою рядом с Глорией на кухне. Она укладывала
еду в корзинку для пикника.
-- Тенистая роща у ручья? Заветная каменная скамья? -- спросил я.
-- Совершенно верно, -- откликнулась она.
-- И Выключатель трогать не будешь?
-- Не буду, -- ответила она, укладывая в корзину салфетки и скатерку в
тон. -- Ну вот, все готово.
Я поднял корзину:
-- Тогда веди.
Она повернулась и повела меня через прихожую к задней двери. Я не
отставал.
-- Что-то я не припомню, был ли здесь лесной питомник, -- удивился я и
вспомнил, как мы искали Уртча.
Она тихонько засмеялась и остановилась перед незнакомой калиткой. Когда